Сабр: дисциплина терпения

Самая упоминаемая добродетель

Ни одно духовное качество не встречается в Коране чаще, чем сабр. Само слово и его производные звучат в священном тексте более девяноста раз. «Бог с терпеливыми» (2:153). «Обрадуй терпеливых» (2:155). «Терпи, ибо Бог не губит награды творящих добро» (11:115). Уже это повторение поучительно само по себе. Что бы ещё ни требовала духовная жизнь, прежде всего и в конце концов она требует одного: умения держаться твёрдо.

Арабское сабр обычно передают словом «терпение», но в русском это слово несёт в себе слишком много неподвижности. В коранском и суфийском словоупотреблении сабр означает стойкость, упорство, выдержку под бременем. Здесь уместнее вспомнить не человека, ждущего своей очереди, а дерево в бурю: укоренённое, склоняющееся, когда того требует ветер, но не вырванное с корнем. Сабр бодрствует и остаётся в деле. Он несёт приходящее, не покоряясь ему.

Три вида

Классические учёные, начиная с Газали в его «Ихья улюм ад-дин», выделяли три вида сабра, и каждый отвечает своей стороне духовной борьбы.

Сабр в послушании (сабр аля ат-таа). Верность практике, особенно когда она кажется сухой, безрадостной или неудобной. Пять ежедневных молитв холодным утром, когда постель тепла. Пост в долгий летний день. Зикр, когда ум блуждает и словно ничего не происходит. Это, пожалуй, самая житейская форма сабра: отказ бросить практику из-за того, что она на время перестала приносить чувство награды. Зрелый идущий хранит свою встречу с Богом независимо от того, ощущается ли она плодотворной, доверяя тому, что практика делает свою медленную работу ниже уровня чувства.

Сабр в удержании от греха (сабр ан аль-масыя). Воздержание себя от желаемого, когда это желание уводит от Бога. Здесь поле битвы нафса: влечение низшей души к немедленному наслаждению, к людскому одобрению, к мести, к обману, ко всякой из тысячи личин, что принимает духовное рассеяние. Сабр здесь есть осознанный отказ от того, что предлагает эго. Эго не враг; беда в том, что его порядок ценностей перевёрнут. Нафс хочет покоя, рух (дух) хочет истины, и когда они тянут в разные стороны, сабр есть способность встать на сторону духа.

Сабр в испытании (сабр аля аль-баля). Крепкая привязанность к Богу, когда жизнь приносит страдание: болезнь, утрату, предательство, неудачу, смерть тех, кого мы любим. Именно эту область обыденная речь и связывает со словом «терпение», но суфийское понимание идёт глубже. Испытание надлежит нести в присутствии Бога, а не просто пережить. Вопрос смещается от «как мне через это пройти?» к «как мне остаться близ Бога внутри этого?».

Айюб

Коранический образец сабра, это пророк Айюб (Иов). Рассказ Корана краток, но точен: Айюб был испытан потерей достатка, семьи и здоровья. Он вынес это с терпением и доверием. Бог вернул отнятое и добавил ещё. «Воистину, Мы нашли его терпеливым. Прекрасный раб! Поистине, он всегда обращался к Богу» (38:44).

Суфийская традиция читает историю Айюба как раскрытие характера, а не как сделку ради возвращения утраченного. Терпение Айюба не выкупило обратно потерянного; оно обнаружило, кем Айюб уже был. Испытание сняло всё, что не было существенным. Осталась связь с Богом, и этой связи оказалось довольно. Возвращение пришло после, но духовная стоянка Айюба утвердилась прежде него.

Рабия аль-Адавийя добавила бы свой знаменитый вызов: если Айюб терпел ради возвращения, то терпение его было омрачено своекорыстием. Истинный сабр, как и истинная любовь, не ждёт воздаяния. Ты терпелив не оттого, что Бог вознаградит терпение. Ты терпелив оттого, что связь с Богом, даже в страдании, есть самое подлинное, что у тебя есть.

Сабр и рида

Сабр порой смешивают с рида (довольство, приятие), и различие это важно. Сабр держится твёрдо. Рида обретает покой. Сабр говорит: «Это тяжело, но я не оставлю ни веры, ни практики». Рида говорит: «Всё, что исходит от Бога, принято, ибо Пославшему доверяют безраздельно».

Учёные единодушно ставят рида выше сабра. В сабре ещё сохраняется доля борьбы: терпеливый противится влечению к жалобе, к отчаянию, к оставлению пути. Довольный же перешёл границу борьбы в осевшее доверие, которому больше незачем сопротивляться, ибо самые основания для сопротивления растворились. Рида есть плод долгого сабра. Её нельзя подделать или вынудить. Она приходит, когда приходит, как дар.

Таваккуль (упование на Бога) есть богословское основание, на котором держатся и сабр, и рида. Если Бог поистине правит, поистине мудр, поистине милостив, то терпение просто разумный ответ на действительность, а не наивный оптимизм. И рида есть глубочайшая форма трезвости, осевшее приятие того, что Устрояющий все события обладает мудростью, превосходящей разумение раба.

Сабр и суфийский путь

Весь суфийский путь в известном смысле есть упражнение в сабре. Преображение нафса из повелевающего (аммара) в умиротворённый (мутмаинна) не совершается мгновенно. Оно занимает годы, нередко десятилетия, и проходит через стадии, среди которых долгие полосы кажущегося застоя, болезненная встреча с самим собой и искушение всё бросить.

Учители неизменно предостерегают от ожидания ярких результатов. Муракаба часто скучна прежде, чем становится преображающей. Зикр месяцами может казаться механическим, пока сердце не займётся огнём. Связь с наставником требует лет служения и послушания, прежде чем откроются её более глубокие стороны. Всё мевлевийское обучение в тысячу и один день на кухне по своей сути есть школа сабра: сумеешь ли ты три года чистить лук, не решив, что заслуживаешь чего-то более увлекательного?

Суфийское понимание таково: сабр не только средство к цели, он и есть само преображение. Само стояние твёрдо посреди трудности переиначивает душу. Всякий раз, когда раб выбирает терпение вместо лёгкой отповеди, нечто откладывается в сердце, и за годы эти малые вклады собираются в качество характера, которое иным путём стяжать нельзя.

Пророк Мухаммад, мир ему, сказал: «Терпение есть свет» (ас-сабру дийя). Образ точен. Терпение освещает то, что нетерпение оставляет во тьме. Тот, кто впадает в панику в беде, не видит ясно, а тот, кто держится твёрдо, видит, что беда несёт на самом деле, и нередко находит в ней дары, которых паника не заметила бы.

Терпение в действии

Сабр никогда не следует принимать за квиетизм или фатализм, и он никогда не означает примирения с несправедливостью. Терпеть перед лицом злодеяния не значит соглашаться с ним. Пророк был терпеливейшим из людей и вместе с тем деятельнейшим в противостоянии несправедливости, в устроении общины, в изменении условий своего мира. Его терпение было почвой его действия, а не бегством от него.

Сабр в суфийской традиции подобен неподвижности лучника: тихой и настороженной, готовой пустить стрелу в верный миг. Всё искусство в выборе времени. Нетерпение действует слишком рано, прежде чем понимание созрело. Отчаяние отказывается действовать вовсе. Сабр ждёт, наблюдает и движется, когда миг созрел, с той ясностью, какую способна дать одна лишь тишина.

Здесь применимо правило Дома гостей: что бы ни пришло, встреть это, ибо оно несёт нужное тебе. Но встретить не значит покориться. Гостя принимают с учтивостью. Гостю не отдают ключей от дома.

Учители говорят: будь терпелив к срокам Бога. Будь терпелив к собственной ограниченности. Будь терпелив к несовершенствам других. Но никогда не будь терпелив к собственной беспечности. Единственное нетерпение, которое поощряет традиция, это нетерпение к оправданиям, которыми эго прикрывает духовную леность.

Источники

• Аль-Газали, Ихья улюм ад-дин («Воскрешение наук о вере»), книга 32: Китаб ас-сабр (ок. 1097)
• Аль-Кушайри, ар-Рисала аль-Кушайрийя («Трактат о суфизме») (ок. 1046)
• Коран 2:153, 2:155, 11:115, 38:44
• Хадис: ас-сабру дийя («терпение есть свет»), Сахих Муслим, Китаб ат-тахара